Текущая релокация представляет собой модернизированную версию утечки мозгов — но уже не сотен академических исследователей, как было в 70-х и 80-х гг., а десятков тысяч высоко квалифицированных специалистов по ключевым направлениям современных технологий. В дефиците на родине оказались не только программисты, но и инженеры, специалисты по информационной безопасности и представители множества других специальностей. Таких людей в России сейчас не хватает даже для приоритетной оборонной промышленности, и это один из материальных факторов, ограничивающих ее рост.
Кроме оттока квалифицированных специалистов, имеет место и утечка мозгов в классическом виде: среди самых активно публикующихся российских ученых. А. Ловяков, проанализировав крупнейшую базу данных по научным публикациям Scopus Database, где указывается место работы исследователя, установил, что за 2022 год Россию покинули 1465 публикующихся ученых (вместо них из-за рубежа, главным образом с «Глобального юга» , приехали 672 специалиста). В 2023 году уехали уже 1938 ученых, а приехали 618. Максимальные цифры оттока зафиксированы для таких областей науки как физика (–4.42%), компьютеры (–3.45%), экономика и финансы (–2.89%), математика (–2.38%). Все эти люди обладают высоким научным престижем и без труда нашли себе новую работу в ведущих мировых научных центрах. Причины их отъезда прозрачны: с началом полномасштабного вторжения в Украину резко осложнились любые контакты с западным научным сообществом, возросли риски быть обвиненным в шпионаже и нежелательных контактах.
Релокация оказывает дополнительное давление на и без того катастрофическую ситуацию в российской демографии. В последние годы, пока не закрыли демографическую статистику, в России в месяц фиксировалось около 100 тыс. рождений и примерно 150 тыс. смертей. Только за счет естественного движения населения (без учета миграций) оно сокращается на 0.5–0.6 млн. человек в год. С началом войны из-за потерь на фронте смертность выросла на несколько десятков тысяч человек в год, т.е. примерно на 5%. Если отдельно рассматривать смертность мужчин призывного (и одновременно самого репродуктивного) возраста, то она значительно выше. На этом фоне эмиграция еще одного миллиона потенциальных отцов и матерей ставит крест на любых попытках остановить нарастающую депопуляцию. Запущенная в 2006 году государственная программа возвращения соотечественников за 19 лет вернула в Россию около 1.2 млн. человек — и сопоставимое количество бежало за рубеж всего за один год –два года из-за войны и мобилизации. В 2024 году в РФ приток по программе возвращения упал до многолетнего минимума: всего 31.7 тыс. человек.
В 2000 году (год прихода Путина к власти) зарегистрированная Росстатом численность населения РФ составляла 146.6 млн. человек. В январе 2025 года, по данным того же Росстата, численность населения РФ составляла 146.0 млн. Если же учесть, что за это время в статистический состав населения тихо влились дополнительные 2.5 млн. человек из Крыма и Севастополя, плюс 2–3 млн. переехавших из восточных областей Украины, плюс миграционная подпитка, включающая новых граждан из Центральной Азии и упомянутых выше репатриантов, то речь уже не о застое, а о замаскированном провале размером в 5–7 млн. человек. Заместитель главы Минтруда Дмитрий Платыгин 8 августа 2025 года выступил с прогнозом снижения численности населения России в самом производительном возрасте 30–39 лет на 6 млн. человек к 2030 году. В подобной ситуации Россия просто не может себе позволить бегства сотен тысяч граждан репродуктивного возраста, однако сама же подталкивает их к выезду своей контрпродуктивной политикой.
Характерно, что ужесточение визового режима в принимающих странах и создание дополнительных административных рогаток для релокации в техническом смысле снижает для России демографические потери от агрессивной внешней политики, сохраняя для страны как налогоплательщиков, так и потенциальных призывников. Стоит задуматься, что лучше для европейской системы приоритетов: иметь больше релокантов призывного возраста на своей территории или больше солдат в путинских окопах.