Год назад мы выступили с докладом «Надежный тыл диктатора», в котором утверждали, что российская экономика «не может стать фактором, ограничивающим возможности Кремля вести войну против Украины» и что, с высокой вероятностью, она «будет оставаться базой для агрессивной политики Москвы если и не сколь угодно долго, то, по крайней мере, еще пять-шесть лет». Доклад вызвал значительный резонанс и критику, чаще всего основанную на восприятии доклада в качестве апологии «военного кейнсианства».
В реальности основной тезис доклада состоял в том, что у режима нет серьезных экономических ограничений для продолжения войны. И этот тезис полностью подтверждается событиями прошедшего года. Несмотря на замедление темпов роста российской экономики и спад в невоенных отраслях промышленности, сокращение доходов бюджета и сохраняющуюся повышенную инфляцию, Кремль демонстративно отказывается идти на значимые уступки в мирных переговорах, придерживаясь курса на продолжение войны.
О том, что для подобного развития событий нет значимых экономических препятствий, сказали мы год назад. Сегодня, подтверждая нашу прошлогоднюю оценку ситуации, мы хотим пойти дальше, расширив временной горизонт анализа. С высокой степенью вероятности в ближайшее десятилетие социальная ситуация в России будет постепенно ухудшаться, а экономика стагнировать, однако увидеть признаки грядущей экономической катастрофы сложно даже на таком временном горизонте. Гораздо более вероятным нам кажется наступление «нового застоя» с долгосрочными темпам роста ВВП и реальных доходов населения около ноля при увеличении технологического отставания от мировых лидеров и сохранении приоритета задач геополитического противостояния над задачами экономического развития.
Говоря о застое, мы не отсылаем читателя к советскому опыту 1970-х и начала 1980-х годов — скорее мы хотим напомнить куда более близкий опыт 2014–2019 гг., когда за шесть лет российская экономика выросла в общей сложности на 3,8%, реальные располагаемые доходы населения упали на 9,5%. Возвращение на данную траекторию представляется наиболее вероятным сценарием послевоенного будущего российской экономики.
В этом докладе мы рассмотрим основные факторы, способные оказать влияние на развитие российской экономики на горизонте ближайших десяти лет, а также некоторые развилки экономической политики, которые встанут перед Кремлем после войны. На наш взгляд, едва ли не единственным из этих факторов, способным вместо застоя привести российскую экономику к катастрофическому сценарию, является не рост военных расходов или увеличение санкционного давления, а изменение текущей модели управления экономикой, «закручивание гаек» и усиление влияния силовиков на экономические решения.
Мы не намерены обсуждать различные сценарии хода военных действий, возможные решения стран Запада помощи Украине деньгами и вооружениями; тем более мы не собираемся прогнозировать иные крупные военные конфликты на Земном шаре, которые могут отбросить события в Украине не периферию общественного внимания.
Скорость завершения войны очень мало влияет на долгосрочные перспективы российской экономики. Возможности бюджетной системы для продолжения войны выглядят неисчерпаемо; возникновение в экономике катастрофических проблем представляется одинаково маловероятным на горизонте 1–3-5 лет. Поэтому мы будем исходить из того, что война будет продолжаться какое-то время с нынешней степенью интенсивности, но боевые действия прекратятся внутри нашего прогнозного периода; после этого между Россией, Украиной и Западом будет сформулированы договоренности, которые будут гарантировать невозобновление конфликта до конца нашего прогнозного периода. Мы считаем, что подобное развитие событий, с одной стороны, не повлияет на логику принятия Путиным экономических решений, а с другой — обусловит проведение демобилизации в российской армии, снижение уровня военных расходов и загрузки предприятий ВПК (возможные масштабы и последствия этих процессов будут рассмотрены ниже).
То, что личные политические амбиции и решения Владимира Путина определяют траекторию развития России, ни для кого не является секретом. Созданная им политическая система выглядит прочной и стабильной, но опыт истории показывает, что такие системы разрушаются очень быстро после ухода авторитарного лидера. Даже если на его место приходит другой автократ, он расставляет своих людей на ключевые позиции, определяет свои приоритеты и желания, создает свою систему управления, что в результате меняет расклад сил в элитах и логику принятия решений, касающихся экономики.
Рано или поздно Владимир Путин уйдет от власти; это — историческая неизбежность. Однако для целей нашего анализа мы исходим из гипотезы о том, что Путин останется у власти, как минимум, до конца президентского срока, который он себе прописал в новой редакции российской конституции, т.е. до 2036 года. Конечно, история может предложить России пойти по другому маршруту, но мы не намерены обсуждать множество возможных сценариев и выискивать потенциальных преемников Путина, сравнивать их политические взгляды и экономические предпочтения и рисовать веер потенциальных сценариев развития нашей страны. Мы осознанно оставляем эту «поляну» для творческих поисков других экспертов.
